Вверх страницы
Вниз страницы
Рейтинг игры: PG-15
Жанр: фэнтези, симулятор животной жизни, мистика, приключения, поиск. Полностью авторский мир.
Все права на использование информации данного проекта принадлежат администрации. © 2012-2014
Яндекс.Метрика Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Волшебный рейтинг игровых сайтовРейтинг форумов Forum-top.ru

Moonrise

Объявление






Мрачные Тени

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Moonrise » Флешбэк » Меня терзают смутные сомнения…


Меня терзают смутные сомнения…

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Время и место:

Все величество ранней осени. Серое небо еще не льет слезы, но ощутимо холодает, и порывистый ветер сдирает с деревьев последние листья. Вечные сумерки неизменно стоят в Страхочаще, несмотря на то, что во всем остальном Феронисе день. А в самом сердце чащи, там, где расположен громадный камень, именуемый Ведьминой скалой, и разворачивается все представление.

Действующие лица:

В главных ролях Хэллоуин-дурак и Рэмерт Премудрый.

Сюжет происходящего:

За все то время, пока Хэлл пробыл в Страхочаще, она уже должна быть ему родной, он должен знать ее, как расположение черных пятен на своей шкуре... Но не тут-то было, в очередной раз проявив свои феноменальные способности идиота, он заблудился. И после нескольких часов бесцельного плутания вышел к какому-то большому уродливому камню. Мало того, вокруг него и кровь запекшаяся. Ну кто бы мог подумать, что произойдет что-то еще?

0

2

Бродить по Страхочаще – занятие не из самых безопасных, даже если учитывать, что ты сам Нечистый. В этой глуши прячутся такие чудища, которые бедному Хэллоуину и не снились. Как говорится, на одну лапу его положат, а другой прихлопнут. Но у нашего героя тряслись поджилки только первую треть пути. Остальное же время, которое он посвятил тому, чтобы спотыкаться о торчащие корни, натыкаться на низко растущие ветки и запутываться в колючих кустах, иллюзионист посвятил тому, что не переставал крыть Тиз’Раах последними словами. Сначала в мыслях, потом тихонечко, бурча себе под нос, а уже потом, осмелев от собственной злости, во весь голос. Просто удивительно, как волк до сих пор не навлек на себя всех тех чудищ, которых до этого боялся до потери пульса. Но, как известно, дуракам везет – ведь судьба предпочитает не убивать их как можно дольше, с попкорном наблюдая за их злоключениями и хохоча во все горло.

– Да чтоб тебя леший… – Хэлл прикусил язык на середине своего очередного доброжелательного обращения, посвященного случайной ветке, с силой прочесавшей черную шерсть на спине. Да так, что на ней теперь наверняка останутся царапины. На спине, то бишь, а не на шерсти. Иллюзионист же не стал продолжать фразу по двум причинам сразу: во-первых, очень не хотелось случайно призвать какого-нибудь там Лешего. Несмотря на то, что Нечистый никогда и в глаза не видел хранителя Страхочащи, даже он осознавал, что каким бы он ни был, определенная сила в нем все равно есть. А может, у него вообще есть способности слышать все, что здесь творится? А может, он обидчив, и потому решит лично встретить того, кто помянул его всуе? В общем, я не трус, но я боюсь. Так, на всякий случай. Что же касается второй причиной, так она крылась буквально в нескольких шагах от черно-белого. Там деревья немного расступались, являя взгляду вымотавшегося путника… Нечто. Очень большое, очень контрастное и очень неподвижное. Замерев на месте, юнец начал пристально сверлить свою нежданную находку взглядом, раздумывая над тем, живая она или нет, а если да, то захочет ли она попробовать редкого гостя на вкус? Однако шли минуты, все было так же тихо, запахов со стороны штуковины не шло, и, умирая со скуки и одновременно раздирающего любопытства, Хэллоуин резво двинулся вперед.

Выскакивая на поляну, он первым делом оглянулся вокруг, но ответом ему была сравнительная тишина. К вечным поскрипываниям, подвываниям и прочим дешевым трюкам, которыми Страхочаща пыталась запугать дилетантов, волк уже привык, поэтому просто не слышал их. Поэтому теперь все его внимание целиком занимал некий булыжник, – а это был именно он – мирно стоящий посередине поляны, как истукан. Хмыкнув, Хэлл обошел его кругом, но по-прежнему ничего не обнаружил. И тогда ярость снова захлестнула его с головой; кому вообще пришло в голову притащить сюда этот тупой камень, если он ни на что не годится? Он мог бы, к примеру, указывать на выход из этого проклятого места, являться местом заключения джинна, способного исполнить любое желание… Но нет же, этот булыжник просто развалился здесь и действует на нервы! Попятившись, одиночка почувствовал, как вступил правой передней лапой в нечто липкое, мгновенно приклеившее его к траве. С отвращением подняв лапу, волк обнюхал ее, и в тот момент выражение его морды кардинально изменилось. Запах, который каждый знает еще с детства, не оставляет сомнений в том, что это чья-то кровь. Тогда-то заржавевшие и покрытые пылью шестеренки в мозгах черно-белого визгливо заскрипели, начав с натугой вращаться. И если это Ведьмина скала… Лучше убираться отсюда подобру-поздорову, пока не пришли законные хозяева. Но вопрос в том, в какую сторону стоит идти? Хэллоуину вовсе не улыбалось провести всю оставшуюся жизнь искать выход из Страхочащи, а с его врожденным кретинизмом этого стоит ожидать. Не зная, что делать, волк в отчаянии прижал уши, пританцовывая на месте.

+1

3

Это был удивительно погожий, светлый и жаркий летний денек, о которых в Тиз'Раахе и слыхом не слыхивали. И только одно это должно было бы насторожить. Но лис, в свойственной для себя манере ни на миг не задумался об абсурдности происходящего. Сейчас его вниманием целиком и полностью завладел аппетитный такой заячий окорочок, который все никак не давался в лапы. Противная вредная заячья задница, подергивая белым подобием хвоста, стремительно проносилась сквозь кусты, шныряя то влево, то вправо. Однако лис был не менее вреден, и чисто из вредности продолжал погоню, заранее предупреждая каждый рывок своего обеда злобным тявком. И вот ему наконец удалось ухватиться за короткий хвост. Злорадное ощущение торжества на миг затопило его с головой, однако последующей реакции со стороны обеда он себе даже и представить не мог. Заяц, с абсолютно возмущенной мордой, повернулся к охотнику и начал покрывать его такими заковыристыми выражениями, от которых уши лиса в миг заполыхали. Рыжий, пребывая в абсолютном шоке, "обронил" свою челюсть и все никак не мог ее подобрать, а заяц, тем временем, начал разоряться все громче и громче.
Шабашник распахнул глаза и чуть не взвыл от шока и облегчения. Это был всего лишь, хвать его за хвост, сон. Лис аккуратно потянулся, зевнул во всю ширину своей пасти, и только после этого сообразил, что что-то не так. Заковыристая отборная ругань, однако, так и не прекратилась. Лис проморгался и пошевелил ушами, поначалу решив, что это просто отголоски сна, но речь явно имела место быть и раздавалась уже совсем близко.
– Да чтоб тебя леший…
Шабашник притих и поплотнее приник к ветке дерева, на котором спал. Неожиданно, да? Вот и рыжий когда-то также рассудил, решив, что на дереве лису уж точно никто искать не будет, и, с тех пор, при возможности спал только на деревьях. Поначалу получалось... да что там, поначалу совсем не получалось. И неудобно и удержаться не мог. Но с каждодневной практикой подналовчился и теперь сие занятие было для него как раз плюнуть.
Нежданный гость наконец появился в поле зрения и замер, зачем-то уставившись на Ведьмину скалу. Он так долго и неотрывно смотрел на нее, что лис, забеспокоившись, кинул взгляд в том же направлении, но все было как всегда. Эм... что, собственно, не так? Волк так долго стоял без движения, что у рыжего появилось желание скинуть на него какую-нибудь шишку, лишь бы он оттаял и сделал хоть что-нибудь еще.
Видимо фортуна сегодня решила улыбнуться хитрецу, и незнакомец резко выскочил на поляну и принялся изучать валун. Покружил вокруг него, посмотрел, разве что на зубок не попробовал. Лис почти чувствовал исходившую от зверя злобу, покуда тот не понюхал свою лапу. "Видимо наступил в остатки нашей шабаш-пати. Ах, как неудобно то, подумает еще, что тут такие свиньи-хозяева, - ухмыльнулся лис, с интересом наблюдая за гостем.
- Ууу, пришел сюда ты на свою беду-у-у, - протянул рыжий загробным голосом, заставив его расходиться сразу со всех сторон. Потом поднял голову и резко протявкал, - Ну и че ты мнешься, аки заблудившаяся девица? Ну, камушек, да. Ну грязно немного. Ничего сверхъестественного.
Словно в подтверждение своих слов чихнул, и забавно пошевелил носом, прогоняя остатки щекотки. Да здравствует осень, за хвост ее так-то!

+1

4

А мысли так и не хотели лезть в голову, по крайней мере, те, в которых содержался хотя бы намек на выход из ситуации. Зато была куча каких-то несвязных обрывков, которые состояли из сетования на судьбу и жизнь свою, паники и нежелания умирать молодым. «Меня принесут в жертву, а ведь я даже еще не завоевал мир!» и все в этом духе. А если сейчас рвануть в лес – то там разорвут на части Морбо, зомби сожрут мозги, а болотники пообедают остатками… И почему осознание этого раньше не пришло к Хэллоуину? Зачем он вообще вернулся в этот Тиз’Раах, неужели думал, что этот угрюмый край примет блудного сына с распростертыми объятьями? Скакал бы сейчас за бабочками в Соль’Грау, попутно думая, как бы подчинить себе весь Феронис, и проблемы не кусали бы за хвост. Так нет же, непременно надо было тащиться сюда, уверяя себя, что настоящему Нечистому все нипочем. И разгребай это все теперь.

Немного успокоившись, но все еще не утратив прежней нервозности, Хэлл снова заозирался по сторонам – может быть, где-нибудь вдали есть просвет? Своеобразный свет в конце туннеля, выход из этого кошмара, обещание всех благ… Нет? Впрочем, логично, что в самой чаще нет и не должно быть никаких просветов, лишь только места не очень темные, темные и такие темные, что хоть глаз выколи. Тогда иллюзионисту наконец пришла в голову гениальная идея. Пожалуй, в конкурсе самых идиотских идей она могла бы занять второе место, настолько она была тупой. Позвать кого-нибудь из Ведьминого круга, чтобы тот пообещал вывести незваного гостя – здесь можно просто махнуть на все рукой и умиляться сущей наивности. Взамен на это пообещать ему какой-нибудь туманный и абстрактный артефакт или амулет… Разве не трогательны вконец отчаявшиеся существа? И только вдохновленный волчара снова поставил уши торчком, только раскрыл пасть, как его опередили.

– Ууу, пришел сюда ты на свою беду-у-у, – внезапно раздался жуткий, отдающийся эхом голос, идущий словно со всех сторон. Последнее, что успел почувствовать одиночка – подкашивающиеся от страха лапы. Когда через несколько секунд он пришел в себя, то обнаружил, что лежит у камня, забившись под него настолько далеко, насколько это только возможно. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот разорвется на части. Но это были еще цветочки по сравнению с тошнотой, подкатывающей к горлу, кружащейся головой, общей непомерной слабостью и крупной дрожью, сотрясающей все тело. И нет, это не грипп, а крайняя степь ужаса. Черно-белый поймал себя на том, что еле слышно поскуливает, и с раздражением прервал этот акт щенячества. То, что он со страху забился под скалу, его, впрочем, нисколько не смущало. – Ну и че ты мнешься, аки заблудившаяся девица? Ну, камушек, да. Ну грязно немного. Ничего сверхъестественного, – вновь стал вещать голос, но только на этот раз он почему-то звучал уже не так впечатляюще. Ну и как теперь представлять себе обладателя этого голоса? Судя по последним словам – какая-то мелкая шавка тявкает. Но вот первая фраза… Может, их там вообще двое? Или даже целая толпа успела набежать. Как бы то ни было, из-за столь неуважительного отношения к его царственной персоне Нечистый вспыхнул быстрее, чем сухая солома, к которой поднесли спичку. С трудом выковорнувшись из-под камня, Нечистый воинственно встопорщил шерсть, поднял хвост и расставил лапы, готовясь броситься на первого врага. А если не броситься, то наслать таких иллюзий, что тот сам со страху куда-нибудь забьется.

– Выходи, подлый трус! – зарычал иллюзионист, чуть сбитый с толку тем, что вокруг по-прежнему никого не было. Не может же такого быть, что у него самого уже глюки приключились? – Спрятавшись-то, каждый вякать может, а как сюда выйдешь – и слова не сможешь сказать! – все больше распалялся смелый воин. Надо сказать, в последнем его предложении содержалось достаточно иронии; только, конечно, вкладывал туда ее не Хэллоуин. Он и слова-то такого не знает. Сам же черно-белый еще так был горазд обливать противника грязью из надежного укрытия, да вот только если его вдруг находили, все витиеватые ругательства мигом испарялись из головы. – Я тебя мигом сожру… – подождите-ка секунду, а не самому ли Хэллу сейчас это грозит? Ведь там вполне может быть кто-нибудь из Ведьминого круга, кто сам не прочь принести симпатичного волчишку в жертву, и к пятнам на траве добавится и его кровь. Сглотнув, одиночка немного подрастерял своей прежней дерзости, но пламя гнева все еще полыхало у него внутри. А значит, ему и море по колено. – …и не подавлюсь!

+1

5

Реакция волка, однако, ввела лиса в абсолютный шок, ступор и полное непонимание происходящего. Ба-атаки то, а чей-то он чумной такой? Он уже почти был готов признать, что сон продолжается, что заяц трансформировался в зверя покрупнее и продолжает его дразнить. Непривычно было видеть, чтоб рослый зверь шугался от  какого-то мертвячьего голоса, ибо в Тиз'Раахе встречаются вещи и похуже. Ведь должен же был он иметь хоть малейшее представление о том, куда идет? Однако, гость с лихвой оправдал потаенные ожидания рыжего, чем безусловно заслужил небольшой бонус. Ну, скажем, безопасный проход через Ведьмину скалу? На первый разок-то? Первым порывом было немедля спуститься и выковырять мохнатую тушку из-под камня, ибо та забилась туда с такими скоростью и усердием, что рыжий уже начал волноваться за сохранность сея глыбы. Однако тушка успешно выковыряла себя сама и уже как и прежде была в не очень-то приподнятом настроении. То-то и оно, - мысленно фыркнул ведьмак, - Если бы так пошло и дальше, боюсь моя нежная юная психика просто бы не устояла. Волк же, тем временем, пылкими речами явно пытался вывести пока невидимого нахала из себя, тем самым заставив его появиться. И нахал прекрасно это понимал, посему показываться пока не торопился.
- Не, не выйду, - пренебрежительно отозвался рыжий все также возлежа на своей ветке и с забавой глядя на попытки незнакомца хоть кого-то узреть. - И чей-то я такой типа холоп, чтоб по барскому приказу слезать с нагретого места? Не-е, придумай что-нибудь поубедительнее.
Ходют тут всякие! Спишь себе, никого не трогаешь, а тут тебе и сон досмотреть не дали, и воплями разбудили, так еще и обзываются, и что-то предъявляют? На хозяйской то территории? Лис покачал головой, явно одобряя сия действия. Неплохая, однако, затея, надо бы на ус намотать и потом на ком-нибудь испробовать что ли. Жаль память дырявая, и все те ругательства запомнить не удалось. Интересно, а сможет ли этот зверь их повторить? Впрочем, импровизировать у него всегда получалось лучше, чем действовать по намеченной траектории.
- Я тебя мигом сожру... и не подавлюсь!
- Попа треснет! - воскликнул рыжий, слегка подавшись вперед, - И вообще, нечего всякую бяку сразу в пасть тащить. Будь более разборчивым в еде что-ли.
Эх, а ведь такой аппетитный окорок мне спугнул, - раздался тоскливый вздох, - Может, хоть во сне бы наелся.
Ведьмак пошевелил пальцами передних лап, пытаясь снова себе представить начало этого абсурдного сна. Получалось не очень. Тогда он фыркнул, махнул головой и в конце-концов соизволил-таки поднять свое ленивое бренное тело и начать совершать хоть какие-то телодвижения. Для начала перебрался на ветку потолще, явив себя наконец взору земных тварей Тиз'Рааха, ибо небесным его и без того было неплохо видно. Расселся с поистине царским видом, чинно сложив лапки и обвив их хвостом, и слегка склонив голову, смешливым взглядом сощуренных глаз смерил незваного гостя. С такого ракурса, надо сказать, выглядел он не так внушающе. Помолодел лет на... нет, не на столько же! Скажем, года на два, вполне себе неплохая цифра. Однако, рыжий не спешил обманываться внешним видом и своеобразными повадками, ибо чутье выдавало в незнакомце не просто мех, мясо и кости.
- Ну-с, и что же мы делаем на земле ковена в такой...ммм... - задумчиво замялся зверь глянув на небо сквозь ветви, - Не могу сказать, что очень погожий день?
Рыжий устремил на волка подозрительно изучающий взгляд, словно мысленно прикидывал, сколько пинт крови из него можно выжать и как использовать каждую косточку его тела. В самом деле это было весьма занятно, зачем зверь мог явиться в это прекрасное место. Разве что он ищет кого-то из ковена? Или просто заблудился? Лисья морда стала разъезжаться в довольной ухмылке, которую он пытался спрятать слегка прикусив язык.

+1

6

– Не, не выйду, – с издевкой отозвался загадочный голос, видимо, ставя своей целью окончательно выбесить собеседника. Хэлл в бессильной ярости заскрежетал зубами, раз за разом оглядывая местность вокруг, стараясь найти источник звука. Что было странно, так это то, что по ощущениям исходил он откуда-то сверху, но ведь такого же быть не может… Правда? – И чей-то я такой типа холоп, чтоб по барскому приказу слезать с нагретого места? Не-е, придумай что-нибудь поубедительнее, – вконец разозленный и разобиженный волк был готов устроить показушную, детскую истерику. Упасть на землю и начать по ней кататься, махать лапами в воздухе, захлебываясь, орать «Выходи сейчас же, или я так не играю, выходи, выходи, выходи!!!». Впрочем, спасибо всем богам сразу, он сдержал этот порыв, но если бы мог, все-таки обязательно выпятил нижнюю губу. Единственное, что оставалось сделать – нахмуриться, и от этого на лоб набежали забавные складки. – Попа треснет! И вообще, нечего всякую бяку сразу в пасть тащить. Будь более разборчивым в еде что-ли, – иллюзионист саркастически оскалился и позволил себе тихий смешок, когда незнакомец сопоставил себя с «бякой». Жест поистине ребяческий, но стоит ли попрекать такого типа, как Хэллоуин, в такой ерунде? Скорее, пора уже смириться с этим.

Поначалу Нечистый не обратил никакого внимания на ветки впереди, закачавшиеся и затрещавшие особенно усердно. Но затем его внимание привлекло яркое пятно, чересчур выделяющееся на фоне черных деревьев. Растерянно сделав пару шагов к столь таинственной личности, одиночка даже допустил мысль, что его все еще разыгрывают. Поэтому на долю секунды можно было видеть, как перекашивает его тонкую морду в молниеносной гримасе, обнажающей зубы. Однако когда черно-белый по-настоящему осознал, что перед ним самый что ни на есть лис, сидящий на дереве… Сложно описать эмоции, захватившие его в тот момент, по причине их неоднородности и количества. Как ни странно, все они вместе привели к необычайной непрошибаемости, которая обычно приходила лишь тогда, когда неудавшийся фокусник долго не мог во что-то въехать.

– Ну-с, и что же мы делаем на земле ковена в такой...ммм... – снова заговорил рыжий, обрывая фразу на полуслове и смотря вверх. Автоматически последовав его примеру, одиночка задрал морду, стараясь различить клочки неба между тесно сплетенными ветвями. – Не могу сказать, что очень погожий день? – столь ослепительное появление однозначно произвело на впечатлительного Хэлла некоторый эффект, а поэтому тот молча пялился на противника, собираясь с мыслями. Выражение общей озадаченности и серьезности, выглядящее достаточно комично, все еще блуждало на морде путника.

– Не знаю, кто этот Ковен… – довольно скудный словарный запас не позволял юнцу быть в курсе слишком многого. Именно это позволяло всем разом сойтись в едином фэйспалме. – Но я заблудился в этой проклятой глуши и надеялся только выйти отсюда, а в итоге набрел на это, – медленно протянул иллюзионист. Внезапно в его глазах блеснуло озарение, и Нечистый вспомнил вопрос, который давненько крутился у него в голове. – Что ты вообще на дереве забыл? – подозрительно вскинулся волк, снова поднимая шерсть на загривке. Ему очень не нравился взор, которым одаривал его незнакомец, и сейчас одиночка был готов душу продать, лишь бы сбить с лиса его спесь. Но для этого надо сначала сдернуть его с дерева, а это вряд ли завершится успехом. Хэлл задумчиво глянул на тень-щупальце, сделавшее выпад в сторону шабашника, будто оно хотело столкнуть его с ветки. Затем перевел оценивающий взгляд на Ведьмину скалу, прикидывая, возможно ли туда забраться, а потом допрыгнуть до цели. И снова вперился во врага, но теперь уже тот смотрел как-то слишком пристально, будто разделывая взглядом. Черно-белого передернуло, и стайка мурашек пробежалась по телу. Пытаясь заставить лиса сменить настрой, Хэллоуин прикрыл глаза, а через пару секунд снова открыл. Вроде как в этом и не было ничего устрашающего, но иллюзионист точно знал, что теперь рыжему кажется, что радужная оболочка его собеседника кроваво-красная. Ну, с кем не бывает.

0

7

Лис, следуя каким-то своим соображениям, не стал вдаваться в подробности и разъяснять путнику, что же за птица этот "ковен", и с чем ее едят. Может не хотел сбивать собеседника с его потока мыслей, а может просто решил проверить, имеет ли тот представление о том, где находится, и сколь оскверненную землю сейчас топчет? Хотя, где ее тут священную можно найти. Однако догадки о том, что его внезапный нарушитель спокойствия заблудился все же оправдались, что немедленно раздуло в рыжем искру интереса. Правда, пока не понятно, какого рода этот интерес был. То ли возможности получения наживы, то ли живого объекта для своих экспериментов, то ли просто интерес к личности. Пойди тут разберись, чего его Рыжесть изволить пожелает. Тут в мимике черно-белого что-то изменилось, и лис уже ожидал новой, не менее эпичной чем все остальные, фразы, но это был всего-лишь вопрос.
- Что ты вообще на дереве забыл?
- А я ничего тут и не оставлял, чтоб это забыть, - усмехнулся шабашник увиливая от прямого ответа. Хотя, в любом случае можно сказать, что он принял вопрос буквально и так же буквально на него и ответил. Однако, было бы весьма печально, если бы он действительно что-то здесь забыл, какой-то могущественный артефакт, а потом внезапно лишился любых воспоминаний о нем. Следуя этой мысли, лис внимательным цепким взглядом оглядел ветви за своей спиной, а также все ближайшие деревья, словно там на самом деле могло что-то запрятаться. Но все было пусто и скудно, короче говоря - как всегда. Ну, почти всегда.
Ведьмак обратил внимание на то, как взгляд его гостя заметался по сторонам, цепляясь за определенные объекты. Вероятно, тот просчитывал вероятность добраться до зловредной жертвы, и самолично спустить ее с "небес" на землю. Много недочетов. Но вероятность удачи все же есть, пусть и не такая явная, как может показаться на первый взгляд. Лис слегка прикрыл глаза, словно призывая волка попробовать привести мысль в действие. Вопрос в том, не кроется ли где тайный умысел и скрытая насмешка? Может статься, что и рисковать бы не стоило.
Зверь же тем временем каким-то образом умудрился поменять свой цвет глаз. Рыжий даже немного огорчился, ибо прежний вариант ему нравился больше. Непонятным ему было также и то, какой смысл хотел этот юноша до него донести. Крайнюю степень агрессии? То, что его лучше не задирать?
Неплохой фокус. Фокус? Хм-м... - морда лиса таки расплылась в довольной улыбке. Он уже почти мог сказать, с кем имеет дело. Оставались лишь пара некоторых нюансов и пока что неопределенная планка возможностей.
- Ва-ау, спецэффекты! Одобряю. А теперь попробуй опустить голову и посмотреть исподлобья. И света добавь, чтоб прям горели! - тут же начал вносить свои коррективы рыжий ведьмак. И даже закивал головой, заранее представив, как это бы выглядело, и явно оценив плоды своей фантазии. Потом ему представились эти самые плоды, невиданными красными фруктами свисающие с крючковатых ветвей, и горе-фантазеру пришлось помотать головой, чтоб развеять этот сюрреализм. Ему захотелось устроить соревнование, подначив соперника банальным "а вот так можешь?" и тоже выдать что-нибудь эдакое. Однако он задавил это желание, сохраняя более-менее важный и надутый образ. Пока что.
- Ладно, мой способный друг. Да-да, я знаю, что ты мне никакой не друг и все такое. Ты заблудился, и вместо того, чтоб найти выход нашел противный камень и противную лису, - затянул свой монолог рыжий, вальяжно разлегшись на ветке и скрестив передние лапы, - Вероятно, ты теперь считаешь, что я должен указать тебе на дверь, или сопроводить тебя?
Или просто жаждешь заполучить мою шкурку как ценный приз и удалиться с овациями, - мысленно завершил он несказанное вслух, и обратил все свое внимание к черно-белому волку.

+1

8

От нетерпения, что разом охватило все тело, зеленоглазый даже начал пританцовывать. Но общее его возбужденное состояние никак не вязалось с красными глазами, которые, по идее, должны быть устрашающими. Впрочем, волк и сам уже забыл о том, чего хотел всего несколько минут назад. Этому способствовала как кратковременная, словно у золотой рыбки, память, так и смена настроения, протекавшая со скоростью света. Тем не менее, желание произвести хоть маломальское впечатление все еще крепко сидело внутри, поэтому черно-белый не спешил стирать свою иллюзию.

– А я ничего тут и не оставлял, чтоб это забыть, – ответ в резкой манере в очередной раз задел чувства Хэллоуина, и тот недовольно насупился, продолжая буравить собеседника взглядом. – Ва-ау, спецэффекты! Одобряю. А теперь попробуй опустить голову и посмотреть исподлобья. И света добавь, чтоб прям горели! – необычные глаза и вовсе не удивили рыжего. По крайней мере, слова его были достаточно убедительны для того, чтобы поверить в это. Одиночка шумно выдохнул, обозленный тем фактом, что его небольшой фокус остался обделен требуемым восхищением. И, сам того не осознавая, в точности скопировал инструкции незнакомца, чуть наклонив голову. Глаза при этом и на самом деле полыхнули, как-то уж чересчур ярко, будто на их месте на пару мгновений возникли язычки пламени. Когда же они потухли, то привычный ярко-зеленый цвет радужки возвратился на свое законное место. В такие моменты юнец особенно остро желал родиться настоящим фокусником, чтобы творить не только какие-то галлюцинации, но и вполне реальные вещи. Тогда бы он просто упивался своими силами, изменяя реальность под себя… Но увы, чего нет, того нет. – Вероятно, ты теперь считаешь, что я должен указать тебе на дверь, или сопроводить тебя? – первую часть речи иллюзионист прослушал вполуха, но заключительное предложение привлекло-таки его внимание.

Нечистый заколебался, не зная, что отвечать на столь провокационный вопрос. С одной стороны, хорошо бы попросить о помощи, спросить хотя бы, в каком примерно направлении стоит двигаться. Но вот с другой стороны во всей своей красе разворачивалась настоящая драма. Тут тебе и задетая гордость, и нежелание иметь с этим нахалом вообще каких-либо дел… Короче говоря, просто куча вещей, которая медленно, но верно склоняет стрелку весов к отрицательному ответу. Хэлл задумчиво прикусил язык, прикидывая, можно ли заставить лиса спуститься хотя бы каким-нибудь способом, например, предложить ему что-либо. Впрочем, этот вариант сразу же был откинут по очевидным причинам. Прикажет этот показать артефакт – тут и сказочке конец, показывать-то нечего. Да и рыжий явно не так глуп, чтобы спускаться просто так, рискуя своей яркой шкурой. Сидя на дереве, можно из себя кого угодно корчить, а как на землю свалится – точно улепетывать будет, и неважно, к какому там кругу он принадлежит. Хэллоуин был тверд и непоколебим в своей уверенности, что глубоко внутри безымянный его боится. Однако заключив наконец, что шабашник так наверняка и будет сидеть на своей глупой ветке хоть до скончания веков, зеленоглазый потерянно плюхнулся прямо на пушистую задницу. Кипящее раздражение постепенно утихало, а на его место вставала крайняя унылость. Он просто сидит сейчас черт знает где не в самой лучшей компании, проблем по самое горло, и внезапно волк почувствовал резко нахлынувший прилив дикой усталости.

– Было бы неплохо, – нехотя пробурчал в ответ самец, практически себе под нос. Что ж, если на носу безвыходная ситуация, нужно брать топор и эти выходы прорубать. Наступив на горло своему внутреннему «я», – что, надо сказать, знак того, что в Феронисе явно кто-то где-то сдох – юнец продолжил. – Серьезно, рыжий, – фамильярное обращение, необходимый атрибут, – я и понятия не имею, куда мне надо идти. Так что побудь душкой хоть раз в жизни… И помоги мне, а? – на этом моменте неплохо было бы состроить щенячьи глазки, как бонус к искренним речам. – Может, снизойдешь уже оттуда? Мне на тебя уже все равно, кому ты только нужен, – по крайней мере, самому Хэллу он был нужен совсем недавно, в качестве трофея на стене. Правда, интерес к напыщенному и самодовольному типу быстро спал, оставляя его наедине со своим самомнением. Но кто знает, вполне возможно, что злоба, недовольно ворчащая внутри, снова всколыхнется, как только рыжий снова ляпнет что-нибудь чересчур оскорбительное. Несмотря на то, что сейчас черно-белый был главным образом сосредоточен на том, как поскорее выбраться из Страхочащи, а также общую подавленность, он все еще был восприимчив к чужим словам. Особенно если они вылетают из пасти столь наглых персон.

+1

9

Волк молчал, явно о чем-то раздумывая. Строил план, как добраться до прохвоста? Лис усмехнулся. Это было ему так знакомо. Чуть ли не каждый житель Ферониса мечтал запустить в него свои зубы. А все почему? Потому что все такие гордые и ранимые, что неспособны стерпеть подколки хитрой лисы? Или за нахальную морду? Так это они б сначала на свою посмотрели, прежде чем претензии предъявлять.
Гость же, тем временем, видно решил, что ни одна из его затей не принесет плоды (нет-нет, только не снова эти плоды!) и понуро плюхнулся наземь, разом утратив весь пыл и задиристость.
Может, снизойдешь уже оттуда? Мне на тебя уже все равно, кому ты только нужен.
Рыжий приподнял одну бровь и состроил скучающее выражение на морде. Для полноты момента не хватало звенящей тишины и звука сверчков на фоне. Ага. Я почти купился. Вид у незнакомца был настолько унылый и потерянный, что будь Рэм не такой противной блохой, тут же захотел бы всунуть дитю леденец, а то и два. Носился бы с ним, как курица с яйцами, и сделал бы все, лишь бы подбодрить и развеселить черно-белого. Но лис есть лис, тем более не из самой лучшей компании. Да и какая-то мелкая сошка, которая у обычных умных существ называлась бы инстинктом самосохранения, незаметно, но весьма назойливо погрызывала сознание рыжего. Ощущение, что не стоит так просто доверять этому волку, и считать его глупым дурачком, ознобом прокатывалось по спине против шерсти. Наверное, попой чуял.
- Ты знаешь, - с порывистым вдохновением начал рыжий, даже слегка напрягшись и подавшись вперед, - Нет.
Поэтому то он и остался дальше насиживать свой насест. Не поверил. Не слез. А может просто решил подразнить, раздражающим ярким пятном выделяясь в общей темной гамме. А путь показать и отсюда можно.
- А теперь смекай, - уселся поудобнее и принялся показывать лапой в нужном направлении, - Туда пойдешь - непонятные дебри найдешь; сюда пойдешь - нифига не найдешь, а вон туда пойдешь - братков себе сыщешь!
Здесь, пожалуй, стоит все пояснить и расшифровать, ибо свои речи иногда не понимал и сам лис. "Непонятными дебрями" являлись густые и отвратительно колючие заросли ежевики, явно окружающие некую поляну с высоким деревом в ее центре. Эти то дебри лис уже давно заприметил, но все никак не решался рискнуть шкурой и попробовать через них прорваться. Они были пока-что на очереди. Местом, где "нифига не найдешь" была вся остальная Страхочаща во всем своем многообразном однообразии. Ну а местом "с братками" обозвал шабашник Темнолесье и Болота Мхуру, где вот таких заблудившихся чуть ли не на каждом шагу можно встретить.
- Ну а на выход это тебе прямехонько в ту сторону, откуда явился. Только совсем прямехонько! Без полукружий и зигзагов!
Однако, лис не хотел отпускать волка так просто. И все его колкие слова и ребяческие выражения были направлены большей частью на то, чтоб расшевелить зверя. Ему не нравилось когда кто-то сдавался и пытался поговорить с ним по хорошему. Есть, конечно, и такие, что иначе не умеют. Тут уже лис даже и не пытался это исправить. Но этот юнец явно был не таков.
- Так и уйдешь? - окликнул волка, приподнимаясь на своем, уже ставшем таким родным, насесте, - А как же бонус?
Припал грудью к ветке, зацепившись когтями передних лап за шероховатости жесткой коры. Задница приподнята, как перед прыжком, а хвост змеей вьется позади. Хитрые глаза впились в черно-белого зверя, выдавая весь азарт и накал эмоций в ожидании его реакции. Уйдет ли он с гордо поднятой головой, оставив лиса не солоно хлебавши, или все же останется и решит немного поиграть?
Лис знал, что если тот оставит его сейчас, то маленькая победа уйдет в счет черно-белого. Это будет выражением абсолютного пренебрежения и не заинтересованности в подколках шабашника. Что ясное дело ударит по его самолюбию. Но сможет ли этот юнец так просто все бросить?
Решайся быстрее, волк, лиса на земле или нос выше ушей?

+1

10

Хэлл уставился себе под лапы, рассеянно разглядывая очень интересную землю. Заметив в нескольких шагах от себя очередное пятно крови, волк подавил в себе желание подскочить и оказаться оттуда как можно дальше. Но багровая отметина все равно наводила на него порядочно ужасу, и черно-белый старательно загонял свою фантазию подальше, не желая знать, кто это был и что с ним было. Желание убраться уже отсюда подобру-поздорову возрастало с каждым мгновением, и охлаждало его только незнание верного направления. Хэллоуин давно уже позабыл, откуда пришел – его внимание было мгновенно захвачено появившимся ниоткуда глупым лисом. А теперь эта единственная живая душа, не пытающаяся попробовать крикливый комок шерсти на вкус, даже не хочет указывать ему на выход.

– Ты знаешь, – одиночка поднял голову и подозрительно сощурил глаза. Неужели лис в кои-то веки решил послушаться и поддался драматичным уговорам? – Нет, – тогда наградой ему будет служить насупленный нос и взгляд, который обычно всем своим весом надавливает на совесть. – Туда пойдешь - непонятные дебри найдешь; сюда пойдешь – нифига не найдешь, а вон туда пойдешь – братков себе сыщешь! – последний вариант даже слегка заинтересовал Хэлла, но ненамного. Хэллу оставалось только гадать, кто такие «братки» в понятии рыжего, поэтому он отмел это направление для своего же вероятного блага. Остальные же два маршрута отпадали сами собой, потому что дебрями юнец был сыт по горло, ну а нифига… Да кому оно на фиг нужно? – Ну а на выход это тебе прямехонько в ту сторону, откуда явился. Только совсем прямехонько! Без полукружий и зигзагов! – волк посмотрел в ту сторону, и складки на его лбу мигом разгладились. Действительно, как раз оттуда он и пришел. Жаль, конечно, что нет никаких кратких путей и подобного, учитывая то, сколько времени ушло на то, чтобы добраться хотя бы сюда… Но путь самца тогда состоял отнюдь не из ровной и прямой линии, а, скорее, из очень сложных и запутанных геометрических фигур. Так что можно поступить так, как посоветовал лис, и идти только вперед. Мысль, давным-давно подхваченная от кого-то еще, стукнула в лоб; вроде как если идти по прямой, то в итоге все равно начинаешь бродить кругами. Озадаченный новой проблемой, которую он только что сотворил на пустом месте, незадачливый путник не спешил подниматься с места. Однако где-то неподалеку во всю глотку заухала сова, и тогда он поспешил вскочить на все четыре лапы. – Так и уйдешь? А как же бонус?

Хэлл удивленно обернулся, замерев в охотничьей стойке с поднятой передней лапой. Надо же, а он уже и забыл про своего кровного врага. Эх, память девичья. Как бы то ни было, чего ему понадобилось вообще? Избавился бы сейчас от назойливой мошки, а потом отправился бы себе назад… Отдыхать на дереве. У каждого свои скелеты в шкафу. Кошачье любопытство, наполняющее иллюзиониста азартом, заставило его развернуться на сто восемьдесят градусов. Чересчур плутоватое выражение на морде рыжего вкупе с его игривой позой порядочно затормозило умственную деятельность Хэлла. Теперь в его голове крутился только один вопрос: «Что ему нужно?». Одиночка растерянно метался от одного решения к другому, не зная, что делать – остаться или свалить наконец-таки, оставляя это проклятое место позади. Крупицы здравого смысла подсказывали, что лучше плюнуть на все и дать деру, да вот остальная Хэллоуиновская натура прямо-таки кричала о том, что следует схватить приманку на крючке. Что ж, так тому и быть.

– Какой бонус? – хищно облизнувшись, вопросил зеленоглазый. Выбор был сделан, и волк сделал несколько шагов к искомому дереву, задрав голову. Он только посмотрит, чего хочет его странный собеседник, а если дело вдруг запахнет жареным, то сбежать можно в два счета. Например, если шабашник окажется не так уж прост и выкинет какую-нибудь штучку. Или на сцене появится третий лишний актер. Сам лис казался не смертельно опасным демоническим существом, которых обычно рисовало воображение юнца при мысли о культах, но… Кто сказал, что остальные окажутся такими же? В конце концов, предстоящее веселье должно стоить героического пожертвования свободой, мелькнувшей перед носом. Должно же, да?..

0

11

Лис с замиранием сердца ожидал, что же решит его оппонент. У волка же, по всей видимости, происходила нехилая такая мозговая деятельность, пока он метался между двумя вариантами: уйти или остаться. Наконец, он решился. Хищно облизываясь и с любопытством сверкая глазами, волк обернулся и приблизился к заветному лисьему дереву.
– Какой бонус?
Рыжий одарил его проказливой, но довольной ухмылкой. Как там говорилось, любопытство кошку сгубило? Шабашник, однако, был несказанно рад такому повороту событий. Давненько он не встречал особ, не желающих просто сожрать его или вести возвышенные заумные речи и нравоучения. Хотя, кто ему сказал, что этот черно-белый не из числа первых? Помнится, он совсем недавно грозился проглотить прохвоста без лишних неприятностей.
Лис неоднозначно хмыкнул и затянул какое-то песнопение, где слова и звуки смешались в непонятный круговорот, в котором ничего было не разобрать. Внезапно ветви и тени вокруг поляны словно сжались, образуя барьер. Проходимый ли? Навряд ли. Теперь никто не сможет пройти к ведьминой скале. Разве что сами боги или духи спустятся с небес. В довершение звонко стукнул лапой по сухой древесине, озаряя поляну слабым светом абстрактных зеленоватых огоньков. Навряд ли волку это покажется чем-то невероятно эпичным. Сам то он тоже иллюзий может насоздавать только так. Только...материальных ли?
- Совсем маленький, - осторожными плавными шагами перебраться ближе к неустойчивому концу ветки, - И незаметный... - заставить своим весом покачиваться ветку вверх-вниз и пригнуться, оставляя лапы в напряжении как у скрученной пружины, - ... Бонус!
Оттолкнувшись от своего импровизированного трамплина, рыжий кометой сиганул через волка и с мягким стуком приземлился на лапы позади него. Не теряя ни секунды на восхваление своих неподражаемых виртуозных способностей, схватил клыками зверя за пятку и несильно сжал, выдавая несерьезность своих намерений, а лишь желание баловства. После чего, злорадно хихикая, змеей метнулся в укрытие из папоротников, тут же принявших его как родного. Умело используя густые тени Страхочащи, лис незамеченным отошел поодаль, ожидая ответных действий со стороны соперника. На мгновение у него мелькнула мысль неаккуратно задеть ближний папоротник и выдать свое местонахождение, но он тут же ее отбросил, решив проверить как волк справится с этим сам.

+1

12

Хэллоуин почувствовал, как его сердце отчаянно колотится, а заодно с этим подрагивают лапы. Легкий страх перед неизвестным будущим и смешивающаяся с ним взволнованность не давали волку спокойно стоять на месте, и он напряженно ожидал того, что для него приготовил хитрый лис. Черно-белого очень раздражали непредсказуемые персоны, потому как, логично, он не мог догадаться, чего от них следует ожидать. Единственной вещью, которую иллюзионист осознавал, было то, что поступки, которые совершает его собеседник, лишены какой бы то ни было логической подоплеки, по крайней мере, ему казалось именно так. Одиночка исподлобья взглянул на него, более-менее морально подготовившись к тому, что сулила лукавая улыбочка на морде рыжего.

Чем дольше иллюзионист смотрел на лиса, тем больше ему казалось, что ничего хорошего его не ждет. Ну зачем ему в голову стукнуло остаться? И любопытство сгубило Хэлла (в какой-то момент у него в голове и правда мелькнула абсурдная мысль, что его может ожидать летальный исход). Когда же шабашник начал напевать какую-то «песенку», она еще пуще нагнала ужаса на самца. Может быть, она не была бы такой страшной, если бы в этой несвязной какофонии он разобрал хотя бы единое слово. Когда же волк увидел, что из-за веселого мотивчика ветки вокруг образовали глухую стену, он в панике заозирался по сторонам, стараясь выискать хотя бы малейшую лазейку, чтобы унести отсюда лапы. Но резкий прокатившийся по всей поляне звук снова привлек его внимание, и Хэллоуин резко обернулся. Проследив взглядом за снопом искр, излучающих мягкий зеленоватый свет, он даже расслабился – уж слишком беззаботно в общей гнетущей атмосфере выглядели огоньки.

– Совсем маленький… – снова раздался голос лиса. Черно-белый перевел на него взгляд, раздраженно прижал уши и отступил назад, оставляя переднюю лапу на весу. Ему потребовалось титаническое усилие воли, чтобы не поджимать хвост. – И незаметный… – он подбирался к концу ветки, на которой сидел, все ближе, и все свидетельствовало о том, что он вот-вот с нее спрыгнет. Хэлл даже в надежде приподнял одно ухо – может быть, удастся его схватить. – … Бонус!

И тут рыжий разом махнул с ветви, пролетая над волком. Тот только задрал голову, пытаясь уследить за новоявленным летуном, который уже приземлился за его спиной. Внезапно иллюзионист почувствовал на пятке чьи-то острые зубы и вздрогнул, молниеносно разворачиваясь с намерением хорошенько отодрать обладателя зубов за уши. Но, увы, опять оказался слишком медленным; мерзко смеясь, враг уже удирал в сень папоротников, возвышающихся над поляной. Ощерившись, Хэллоуин низко и раскатисто зарычал, раз за разом пробегая взглядом по зарослям. Обычно ему удавалось издавать по-настоящему страшные звуки, только когда он был сильно разозлен и уже не думал о том, чтобы создать всего лишь видимость грозности.

Медленно двинувшись по направлению к папоротникам, одиночка на миг остановился перед ними, но в следующий момент храбро шагнул вперед. Ему пришлось поднять морду, чтобы высокие растения не щекотали его листьями и не заслоняли обзор. Это, впрочем, не очень помогло, и разозленный Хэлл вцепился зубами в один из побегов, вырвав его. Отомстив таким образом неразумным созданиям, самец с удовлетворением вернулся к своему первоначальному занятию. Бросаясь туда-сюда в случайных направлениях, волк тщетно пытался отыскать лиса. Один раз ему даже показалось, что краем глаза он увидел яркое рыжее пятно, выделяющееся даже в темноте, и он забавно прыгнул в ту сторону, как та же лиса прыгает в снег, услышав мышь.

+1


Вы здесь » Moonrise » Флешбэк » Меня терзают смутные сомнения…